Триллионы под замком: почему госимущество коррупционеров не работает

Пока Генпрокуратура отчитывается о рекордных изъятиях активов на триллионы рублей, бюджет остается фактически пустым. Разрыв между агрессивным изъятием особняков и криптокошельков и неспособностью их продать создал огромный массив ветшающей собственности, которая требует от государства больше расходов на содержание, чем приносит реальной прибыли.

Антикоррупционная кампания в России вышла на пиковые показатели: к осени 2025 года объем конфискованных активов достиг 2,4 трлн рублей. Для сравнения, три года назад эта цифра была в пять раз меньше. Прокуратура теперь анализирует не только текущие доходы чиновников, но и благосостояние их семей за десятилетия. Под удар попадает даже окружение фигурантов — родственники и друзья. По словам адвоката Андрея Гривцова, суды рассматривают такие иски за несколько заседаний, причем презумпция невиновности здесь не действует: владельцы обязаны сами доказывать легальность каждой покупки.

Балласт на миллиарды

Несмотря на громкие отчеты, отдача для казны остается минимальной. Счетная палата выяснила, что более 90% изъятых объектов не приносят государству выгоды. С 2011 года власти получили недвижимость на 113 млрд рублей, но в реальный оборот попало лишь 8%. Проблема кроется в парализованном механизме реализации:

• Росимущество не имеет четкого регламента приема активов от судебных приставов;
• регистрация прав собственности затягивается на два года из-за длительного снятия арестов;
• элитное жилье требует огромных трат на охрану и коммунальные платежи;
• законодательство запрещает выставлять на торги изъятые участки под строительство домов.

Новым вызовом стала конфискация цифровой валюты. В 2025 году надзорное ведомство инициировало иск к экс-сотруднику МВД Георгию Сатюкову, который, по версии следствия, получил взятку в криптовалюте на сумму не менее 5 млрд рублей. Хотя токены официально признаны имуществом, системы их аукционной продажи не существует. Сейчас силовики используют «добровольно-принудительные» переводы на спецсчета в обмен на смягчение меры пресечения, однако системного решения по конвертации крипты в рубли всё еще нет.

Чтобы сдвинуть ситуацию, Госдума начала упрощать правила игры. В первом чтении принят законопроект, позволяющий продавать любую конфискованную жилую площадь, независимо от ее рыночной стоимости. Это должно помочь государству избавиться от балласта из дешевых квартир, которые раньше годами числились на балансе ведомств, теряя в цене и накапливая долги.