Реальный масштаб новых санкций США против России

Политическая составляющая законопроекта во многом дублирует уже существующие ограничения. Крупнейшие российские банки, включая Сбер, ВТБ и Газпромбанк, давно находятся в SDN-списках. Перевод этих мер из статуса президентских указов в формат закона лишь закрепляет статус-кво. Аналогичная ситуация с активами Банка России: блокировка транзакций и заморозка около 5 миллиардов долларов в американской юрисдикции действуют уже длительное время.

Экономические механизмы выглядят еще более осторожными. Пошлины на российский газ для пяти крупнейших импортеров снижены с 500% до 100%. Более того, предусмотрен легальный способ их избежать: если доля российского газа в импорте страны не превышает 15% и предпринимаются шаги по сокращению зависимости, санкционные барьеры не применяются. Эта лазейка явно создана для союзников США в Европе и Азии, чья энергобезопасность остается под угрозой.

Прямая конфронтация с крупнейшими покупателями ресурсов — Китаем и Индией — не входит в планы Вашингтона. Введение жестких пошлин на товары из этих стран спровоцировало бы резкий рост инфляции внутри самих США, что стало бы непосильной ношей на фоне текущей внешнеполитической напряженности. Трамп использует риторику о санкциях для удержания рейтинга среди избирателей, однако «нюансы» законопроекта, оставляющие президенту право блокировать или смягчать ограничения, указывают на отсутствие намерений идти на радикальный разрыв экономических связей.